lapa_rastypa

Попалась в руки невзрачная книжка в мягкой желтой обложке с любопытным заголовком: "МАНХЕТТЕН НА НЕВЕ" (American Poets of Perestroyka Time). Стихи на английском и русском языках. Ленинград, "Аквилон", 1991 г.

Группе молодых поэтов США при поддержке "Американского центра поэзии" в Филадельфии организовали вояж в Москву и Ленинград. В России они встретились с русскими поэтами, провели совместные чтения. И наши ребята перели стихи гостей на русский.

Кое-что мне показалось очень близким.

Чарльз Фокс / Charles Fox / в переводе Вадима Димина /

луи армстронг

луи мертв, похоронен, исчез.

вспомнишь - и глаза тускнеют.

бессловестная тьма в могиле.

земля растворяет сейчас

его черные щеки.

скрежещущий, ржавый голос.

мертва труба, которой он жил.

кружит во времени блестящий диск

черной пластмассы,

возвращая луи со скоростью

33 оборота в минуту.

«Эта поэма – своеобразный бунт вещей.
Вещи, среди которых я долго жила,
вдруг потребовали своего места под поэтическим солнцем»

(А.А. Ахматова из дневника)

«Кто, когда и зачем встречался,

Кто погиб, и кто жив остался,

И кто автор, и кто герой, -

И к чему нам сегодня эти

Рассуждения о поэте

И каких-то призраков рой?»

(А. А. Ахматова поэма «Без героя»)

    Творчество А. А. Ахматовой зачастую рассматривают в русле бытовых и интимных отношений. Сложно абстрагироваться от этого стереотипа, когда находишься в доме, где она прожила 30 лет. Место инсталляции – одна комната Музея-квартиры А. А. Ахматовой в Фонтанном доме. Здесь, среди предметов быта, в коммунальной квартире, музейные работники поддерживают атмосферу жилого помещения, хотя таковым оно давно не является. Есть ощущение, что вот-вот скрипнет дверь и на пороге появится кто-то из жильцов, или придут гости. Инсталляция «Гости» обращается к образу «тени», не чужому знаменитой поэтессе. В полной мере этот образ раскрывается в ее поэме «Без героя». Символично, что именно в комнате, где планируется создать инсталляцию, Анна Ахматова когда-то начала работу над этой поэмой. Проект «Гости» направлен на воссоздание творческой атмосферы в музейной обстановке. Зритель оказывается не только внутри комнаты, где когда-то жила поэтесса (в мире ее вещей), он оказывается в ее внутреннем поэтическом мире. Он становится соучастником творческого процесса, и на его глазах рождаются стихотворные строчки. Самих гостей не будет. Будут движущиеся тени гостей из тринадцатого года, тех с кем общалась Ахматова, чьим судьбам посвятила поэму «Без героя». Все они - фантомы и образы, рождающиеся в голове поэта.        

Планируется задействовать реальные музейные экспонаты: стул (тень Маяковского курящего на стуле), лубок, висящий на правой стене (слетающая с картины тень птицы сирин), тумбочка с книгами (склоняющийся над стопкой книг на тумбочке силуэт), кровать поэтессы (тень Нижинского танцующего на кровати) и т.д. По белой печке, как по бумаге побегут строчки, обрывки, отрывки поэмы, черновиков и писем Ахматовой. Появление «гостей» в затемненной комнате будет сопровождаться механическими шумами, звуками старого дома: метроном, тиканье часов, начинающая играть и затухающая пластинка.

    Тени – это не простая видео проекция и не театр теней. В разных местах прячутся небольшие подвижные картонные фигурки и устанавливаются специально сконструированные осветительные приборы с механикой. Когда все начитает действовать, на стенах появляются уже увеличенные движущиеся тени.

    Проект «Гости» поможет посетителям музея освободиться от обыденного восприятия музея-квартиры А.А. Ахматовой, увидеть поэзию в интерьере и совершить путешествие во времени и пространстве.

фото А. Любин

Открытое сообщество любителей и почитателей снов «ПИЖМАКИ»

Laptevamail@gmail.com

Марина Алексеева «Белые и черные» (инсталляция, видео).

Галерея «ЛЮДА».

13-17 января 2009.

Помните, такую детскую игру? Ее главное условие быстро отвечать на вопросы что угодно, кроме запрещенных слов: черный, белый, да и нет. Современная художница тоже предлагает нам своеобразную игру. Герои инсталляции и видео Мани Алексеевой - черная и белая одежда, которая не нуждается в носителях и существует сама по себе. Почему так произошло? Не потому ли, что человек проиграл в схватке с самим собой.

Марина Алексеева – художница, хозяйка галереи «Сельская жизнь», издатель одноименного альманаха и жена известного андеграундного мультипликатора Бориса Казакова.

Ее новая работа ­- инсталляция из человеческой одежды «Белые и черные». Марина всегда делает монохромную живопись, и этот же прием она использовала в инсталляции. Купленные на блошином рынке черные и белые одежды (платья, рубашки, брюки, юбки и футболки) облепили стены маленькой галереи с человеческим именем «Люда», находящейся в маленьком дворике на Моховой. Вещи, скомбинированные определенным образом, ожили, приобрели характер, и началась борьба. На одной стене черный костюм, сжимающий в рукаве револьвер в компании черного платья и другой «взбесившейся одежды» стремительно направляется в сторону соседней стены, где девять белых бестелесных фигур также бесстрашно готовятся к натиску. Белое и черное – вечная тема, борьба противоположностей. Не зря художник вручает оружие именно черному персонажу, а белых делает более безобидными, иногда легкими и кружевными. Все герои скорее похожи на плоские тени. На белых стенах это выглядит графично, а главное,  что остается место для зрительских теней. Пришедшие в «Люду» люди в этом смысле становятся частью инсталляции.

Марина нередко работает в соавторстве с мужем-мультипликатором. На одной из последних выставок «Виды на жительство» в галереи Марины Гисич мультики Бориса Казакова дополняли ее игрушечные домики-лайтбоксы. В этот раз видео ряд Маня готовила самостоятельно. Получилась милая предметная анимация, где герои – те же черные и белые неодушевленные вещи персонифицируются. Между ними, как между людьми кипят страсти: они влюбляются, танцуют, поют, женятся, дерутся, работают, а кто-то черный и в черном становится президентом (Кто-то скажет это ­- Барак Обама). Как Марине пришла в голову такая идея, она не знает. Может, лукавит, а может, знает, что идея совсем не новая. Ожившая одежда не может не напомнить анимацию чешского художника и режиссера Яна Шванкмайера. Но в отличии от сюрреалисти­ческих мультфильмов Шванкмайера, видео работа Марины Алексеевой реалистична. Мы как будто смотрим телевизор, а обращаем внимание только на одежду, следовательно, видим не людей, а тряпки. Наивно продолжаем делить мир на добро и зло, героев на плохих и хороших, вешая на людей «черные» и «белые» ярлыки.

Сергей Александр Дотт «Цветные сны», раскрашенная фотография, инсталляция.

(Берлин, Германия)

Часть №1 Музей городской скульптуры, часть №2 галерея «Сельская жизнь».

(Санкт - Петербург)

6 декабря 2008

В Берлине его знают по световым инсталляциям на браудмаэрах домов. Это могут быть зайцы, райские птицы или пасущиеся по стене коровы. Такие арт-объекты поднимают настроение прохожим, а квартиры в оформленных художником домах хорошо продаются. Когда искусство выходит из музеев на улицу и врывается в жизнь людей - это называется public-art. Сергей Александр создал около восьмидесяти гигантских красных роз в 2003 году на юбилей концерна «Даймлер Крайслер». Они просто захватили столицу Германии. В русское культурное поле Сергей Дотт попал сразу. В 2005 году на Дворцовой площади появились его двухметровые бутоны роз (проект «Розы в городе»). Россию Сергей называет страной абсурда и очень любит Хармса. Он часто гостит у друзей-художников в Санкт-Петербурге. Впервые он выставляет здесь фотографии, сделанные в разных странах мира на «цифру» и раскрашенных вручную. Цвета чистые, яркие, почти нереальные и даже модные.  Дотт всегда говорит с аудиторией на ее языке, на языке рекламы и кича полного иронии, а иногда и черного юмора.

С начала автор планировал назвать выставку «Пищеварение совесть», но из-за трудностей перевода ему пришлось отказаться от него и заменить на «Цветные сны». Первый вариант мне кажется удачнее и точнее отражает идею выставки - дуализм человеческой сущности, души и тела, духовных ценностей и материальных. «Пищеварение» и «совесть» как два диаметрально противоположных процесса в человеке. Но если говорить о снах, они, безусловно, связаны с подсознанием и могут отразить человеческую сущность. Но несколько искаженно, не логично и гиперболизировано. 
 

Вводным на экспозиции является триптих «Между небом и землей». Первая часть – голубое небо с безмятежными серебристо-белыми облаками. (Символ вечного, недостижимого). Вторая часть - человек бреет голову «под ноль», сидя на стуле в саду. Третья часть – крупным планом зеленая лужайка и цветущие одуванчики. (Земное притяжение, мир материальный). Вот он человек, зажатый между двумя мирами, духовным и материальным.
Больше всего на фотографиях Дотта женщин. Возраст и национальность не имеет значения. Они все одновременно и святые, и шлюхи. Носительницы тайны жизни и глупые носительницы высоких каблуков и платьев. Например, на одной работе женщина стоит в позе Венеры Милосской, нижняя часть фигуры задрапирована, грудь обнажена. (Венера как мировой символ женской красоты). На следующей – она пошловато-игриво задирает подол юбки. В другой работе Сергей Дотт отсылает нас к «Мадонне Литте» Леонардо да Винчи или к «Сикстинской Мадонне» Рафаэля. Прекрасная дева сидит на фоне окон с небом, но на первом плане не младенец, а туфля на высоком каблуке. Автор как будто обращается к женщине: «Ты идеал, ты святая. Но о чем ты думаешь? Зачем тебе такие туфли?» Раздевающиеся женщины на фотографиях немецкого художника счастливы, даже пожилая женщина с которой мужики, кажется, насильно сдирают одежду, радуется, словно освобождаясь от этого земного. (Эта фотография украсила обложку альбома «Израиль» группы «Червонцы»). На фото с огородным чучелом в лохмотьях автор уже окончательно выносит приговор материи. Она ветхая и обречена на смерть.
В инсталляции «Потение» женский манекен украшен со спины китайским веером и накидкой, под ногами у этой женщины в шахматном порядке разложены наручные часы, плетенные из блестящего золотистого бисера. Из подмышек модели женщины фонтанчиками струится вода. Художник обратился к чисто физиологическому процессу, контрастирующему с царственным нарядом. Вспоминается, детская шутка, что принцессы тоже какают.


Но сколько времени и пота потрачено, чтобы стать королевой красоты. Знаковая инсталляция «Свечение» представляет собой также женщину больше похожую на куклу. Она стоит на фоне подсолнухов, но это не трагичные цветы Ван Гога, это – клеенка массового производства, рекламный глянец. Стрелочки из неоновых трубок у ног этой земной богини указывают на такой же мигающий неоновый нимб над ее головой в виде слова «материя». Нимб материален, а это значит, наступил культ всего материального, культ внешней оболочки, культ тела и физиологических потребностей. Совесть и все святое в человеке окончательно исчезла, наверное, переварилась, как пища в желудке и вышла вместе с потом. Осталась неоновая вывеска и красивые туфли на каблуке.




 

Я живу в доме с «Авророй»

(Интерактивная инсталляция)

Размеры: высота – 2 метра, а ширина должна соответствовать пропорциям здания в масштабе.

Крейсер «Аврора» для всех – это символ революции, который стал штампом под песню «Что тебе снится…». Для туристов – это еще одна «галочка» в списке посещенных музеев и пару снимков на память в фотоальбоме. Для школьников – это пару строчек в учебнике истории. Это то общее, что у нас есть. Первый раз в Петербурге я была год назад. Но для меня «Аврора»  - это кое-что личное, связанное с детскими впечатлениями. Предлагаемый проект связан с демифологизацией этого фантома истории. Как один из символов советской эпохи становится опознавательным знаком одного из жилых сооружений в провинции России.

С 1994 по 2000 год я жила в поселке Борисова Калининградской области. Мой дом отличался от всех остальных советских кирпичных пятиэтажек изображением крейсера «Авроры» на браудмауэре.

Снаружи инсталляция представляет собой модель реально существующего дома. Но реальность искажена воспоминаниями. Так что здание одновременно видно со всех сторон благодаря ширмообразной конструкции. Каждая створка ширмы - фотография, соответствующая стене дома. На деревянном каркасе крепятся баннеры, напечатанные на матовой клеенке, либо на сетке. За такой сеткой в городах прячут постройки для реставрации. Получается полупрозрачная ограда. За ней, внутри искусственного дома, телевизор и аудио устройство с наушниками. На экране транслируется видео изображение – документальный короткометражный фильм о жизни этого дома снаружи, с улицы. В центре кадра стена с кирпичной «Авророй». Динамику картинке придают движущиеся автомобили и случайные прохожие. Зритель, осмотрев инсталляцию снаружи, следуя указателю, попадает внутрь, в замкнутое пространство за ширму. Ему предлагается посмотреть видео и надеть наушники. Аудио послание имеет форму свободного стихотворения с шумовыми эффектами улицы. Этот текст-воспоминание произносится от лица жителя дома с «Авророй».

Поэтический текст:

Я живу в доме с «Авророй»

Меня найти просто.

101 автобус

или тройка троллейбус

Выходишь на предпоследней остановке и сразу же видно

Эту «Аврору»

Первый подъезд и первый этаж

Квартира справа с коричневой дверью

Звонок очень тихий -

Так что лучше стучать.

Лучше стучите.     

Четырнадцатая выставка цикла «Штучки»: Морская (Крейсер «Аврора»)

Выставочный зал института ПРО АРТЕ в Невской куртине Петропавловской крепости.

19-26 декабря 2008 года

12-24 января 2009 года

   Четырнадцатая выставка цикла «Штучки» посвящена крейсеру «Аврора» и имеет поистине женское название «Морская». И если в 1917 году знаменательный выстрел делает мужчина (крейсер), то виновата женщина (Аврора). В этом главное противоречие крейсера «Аврора» в его имени. Мужское названо женским. А как корабль назовешь – так он и поплывет. Проект «Штучки» интересен тем, что рядом с предметами из коллекции музея выставляются произведения современных художников. В этот раз с мужскими корабельными «железяками» соседствуют чисто женские «штучки». Проекты современных художников на выставке разными способами подчеркивают «женскость» Авроры-крейсера, богини и символа.
  С мужской скупостью, но женской тягой к украшательству выполнена инсталляция «Знак отличия «Крейсер «Аврора»» Марины Колдобской, директора Санкт-петербургского ГЦСИ. На вешалке женская белая блуза украшена красной войлочной брошью в виде силуэта корабля революции. Гламурности добавляет золотой якорь. Автор иллюстрирует, как от долгого и многократного употребления доблестное прошлое превратилось в игрушку, украшение, декорацию, потеряв свой истинный смысл.
  Совсем не узнать стальной крейсер в настенной композиции молодого архитектора Ирины Таргонской. Семь вязанных шерстяных корабликов как стая уток купаются в мягких шерстяных водах Невы. Так чисто женское хобби вязание избавило крейсер «Аврору» от политических и идеологических ассоциаций. Вспоминаются разве что семь советских накомодных слоников, один меньше другого.
  У москвичей Алексея Политова и Марины Беловой многослойная фанерная скульптура - «Танцующая Аврора». Римская богиня утренней зари танцует под национальный хит «Эх, яблочко…». Кажется, только русская музыка приводит ее в движение. Это скорее не танец, а утренняя зарядка: Аврора то поднимает, то опускает плечи, широко разведя руки на фоне рассветного моря.
  Ироничная инсталляция Мани Алексеевой «Сны Авроры» и вовсе показывает Аврору как женщину с питерской пропиской. В малюсенькой спальне обои в розочку, овальное зеркало, на спинке кровати кружевное белье, в углу веник, на столе фрукты, один бокал и бутылочка красного. И хотя из-под розового плюшевого одеяла виднеется нос макета корабля, но превращение уже совершено. А пока Аврора спит, у нас есть возможность увидеть ее сны по телевизору, который она забыла выключить. Теплые моря, улицы Петербурга и любовные sms-ки сняться героине «в час, когда утро встает над Невой».
  Остроумные арт-объекты доказали, что в словосочетании «крейсер «Аврора»» женское перевешивает. Но не стоит забывать, что почти все авторы – художницы. Не знаю, как бы восприняли экспозицию люди морских профессий, но руководство военно-морского музея намерено продолжить сотрудничество с современными художниками. Возможно, летом арт-объекты появятся на борту крейсера.   

*
еще светлеет зима уже
черными стали руки на третьем снегу
чайки с плечами
такие девчата бывают
белые перья и красные лапы
чтоб море хватать на лету

и наглотаться бы соли
только не надо
лаять

они так мечтают о лете с прогретыми полотенцами
выцветшими блузками цветных принтах
и волосами светлее бровей
эти соленые женщины в черных пальто
хотят быть заметнее
на фоне зимы
на фоне белого (что еще важнее)

в своем нежном драпе
в своих черных пальто
бледнеют к горизонту
облаенные


 

В выставочном зале «РОСФОТО» открылась выставка интересного питерского фотографа Сергея Свешникова «Фрагменты». Она будет работать до 14 декабря.

- Он что не может себе купить фотоаппарат с «автофокусом»?! – возмущается девушка с красивой заколкой. Она не знает, что у фотографа есть цифровой фотоаппарат с авто режимом. Его он использует как записную книжку, фиксирует понравившиеся объекты. Для творческой работы Сергей Свешников принципиально выбирает аналоговую фотографию, которая таит в себе много возможностей.

Например, автор специально состаривает пленку. Он снимает на идеальный негатив. Другую чистую пленку приклеивает пластырем к подошве и ходит по асфальту. Затем в фотоувеличителе совмещает обе пленки, и царапанная становится своеобразным фильтром для идеальной.

Другой прием Свешникова – письмо по фотографии. На снимках с рельсами и поездами от руки написаны цитаты из начала «Идиота» Ф.М. Достоевского. Эта серия называется «Вагоны». Она сделана два года назад, хотя все остальные работы на выставке свежие. Кажется, что железная дорога – любимое место художника. На самом деле, он просто долгое время жил неподалеку в Шувалово. Автор уверен, что снять можно все что угодно, но для этого нужно научиться видеть свет.  

На протяжении всей выставки, зритель совершает путешествие из зимы в лето. Будто идешь сначала по рельсам, встречаешь каких-то черно-белых людей. Слышишь поезда, как снег под ногами хрустит, а изо рта пар валит. Потом снег заканчивается и начинается дождь. Какой-то чудак радуется. Весь мокрый танцует, задирая руки к самому небу. Дождь идет по асфальту, оставляя круглые следы на лужах. Вот он догоняет барышню на каблучках. Стучит по крышам и приходит в лето. А теперь дует ветер. И трава зеленая и острая, точно танцует перед объективом. И остается только нырнуть в это зеленое море. Остается одна трава.

Если соединить все эти фотоснимки и наложить музыку, например, Гаврилу Лубнина, то получиться клип. Выставка «Фрагменты» как набор стоп-кадров, фотографии из разных серий подаются вперемешку. Сухая трава соседствует с живой, а снег с дождем.   

    Сергей Свешников вспоминает 1984 год, когда он с утра до вечера тусовался в рок-клубе. В Советском союзе тогда появились первые видеомагнитофоны, а вместе с ними и клипы.

Сейчас фотограф словно выхватывает фрагменты из клипа. Вот морщинистый старик, силуэт носатого дядьки в пирожковой, часы на руке, Ленин, чьи-то шагающие ноги... Это бы все могло мелькать на экране, но автор позволяет нам созерцать все в отдельности. Художник останавливает клиповый процесс.

- Сейчас полная девальвация изображения, - говорит Сергей, - Когда-то они были редкостью, встречались во дворцах и церквях. Мастера по росписи высоко ценились. Сейчас мы каждый день видим тысячи изображений. Везде: в метро, на улице, в газетах и по телевизору. Все кругом мелькает и люди втянуты в эту игру. 

Москва, галерея «Айдан». Выставка, Аня Желудь «Железная свадьба».

    В одну комнату поместился «прозрачный» лимузин, двуспальная кровать, женский гардероб, рояль со стулом. В углу небрежно брошенный скелет свадебного букета. Каркасы кружевного белья, платьев на вешалках и туфель на шпильках – все то, намекает на присутствие женщины. Внимание к мелочам, плюс абсолютно «девчоночья» тема, но брутальный материал.

   - Руками не трогайте!- такими словами уже на входе встречает посетителей девушка-смотритель. А ей отвечают: «Да, что может случиться с железом?»

    И действительно, Аня Желудь выполнила инсталляцию в обманчивой технике. Визуально хрупкие, воздушные на вид объекты - на самом деле сделаны из металлических гнутых прутов. Белые каркасы, как схема, как рисунок ручкой, очерчивают предметы быта в пустоте.       Прутья выкрашены в самый свадебный цвет – белый. Он делает металл невесомым и создает оптическую иллюзию. Контуры вещей ускользают от глаз и сливаются со стенами. Сама художница называет переход графики в реальное пространство «процессом перемещения». Сначала у Желудь эта тема появилась на бумаге. Работа «Гардероб» представлена в Калининграде на «Девятом бьеннале графики стран Балтийского моря». Затем в Москве в галереи «Айдан» эта идея материализуется в инсталляцию.

    Выставка моделирует свадебный ритуал, а точнее его план. Вместе с художницей мы мысленно выбираем наряд, подбираем белье, заказываем лимузин, думаем о музыке, потом о торте, и кровати для первой брачной ночи. «Железная свадьба» Анны Желудь как анатомический театр. Она разрезает предметы, приметы классической свадьбы, и находит внутри лишь пустоту. Ее металлоконструкции избавляют вещи от обманчивых поверхностей, и помогают увидеть суть, основу, скелет.

Анна Желудь 1981 года рождения. Она молодой, успешный художник. И свадьба у нее будет. Железно. Осталось только сделать каркас жениха.

это такое существо, которое обычно появляется в конце августа там где цветы и есть настроение.

 

Что бы продлить лето , его надо поймать в сачок.





И тогда хотя бы на несколько дней тепло вернется.

друг сказал мне что женится, но не хочет идти на свадьбу



с лешей мы видимся все реже, а раньше почти не расставались

Обед молчания

это суп из крапивы

это бедность

мое голодное детство

витаминны

это когда я пишу

пишу и скучаю

это странные письма

а ты ­-

не отвечаешь

тогда руки и ноги в ожегах

и больше ничего...